Quantcast

ЭКСКЛЮЗИВ: Уникальный репортаж о часах Patek Philippe, которые «переписали историю»

Untitled-35

Сегодня в Нью-Йорке, редакция Haute Time удостоилась эксклюзивной возможности первыми в мире увидеть и рассказать об уникальных часах Stephen S. Palmer Patek Philippe Grand Complication, No. 97912. Мы поговорили с Оурелем Бэксом, главой часового подразделения аукционного дома Christie’s, об этих, недавно обнаруженных часах с бесконечным календарем, сплит хронографом, указателем солнечных и лунных фаз. Сопровождаемые оригинальным свидетельством и чеком, датирующимся 1900 годом, эти часы уже описываются как «переписавшие историю Patek Philippe». У вас есть уникальная возможность первыми взглянуть на эту модель и узнать подробнее о таинственном владельце — американском магнате, которого уже описывают, как нового Генри Грейвза.

Haute Time: Эти часы описываются, как «переписавшие историю Patek Philippe». Что Вы можете рассказать об этой сенсационной находке?

Оурель Бэкс: Нет никаких сомнений, что те научные знания, которые за всю историю применялись в разработке «ультра» усложнений часов, появились именно благодаря этой модели. Если мы посмотрим на Patek Philippe сегодня — и я искренне убежден, что все коллекционеры и ученые согласятся — то ни один другой часовой бренд за прошлые два столетия не ассоциируется так очевидно со сложными и ультрасложными часовыми механизмам. Когда я спрашиваю своих клиентов, коллекционеров — «С чем связан Ваш выбор? Почему Patek Philippe — синоним искусных усложнений?», большинство из них говорят: «Вы только взгляните на все часы, которые они производят и на те, к примеру, которые они делали для Генри Грэйвза», — человека, чьи часы если и появляются на рынке, то оцениваются исключительно в многомилионном порядке. Стало быть, всё благодаря Генри Грэйвзу? Не совсем так. Перед ним был Джеймс Уорд Паккард, автомобильный магнат, который начал коллекционировать часы приблизительно за два десятилетия до того, как это начал делать Грэйвз. Получается, по большей части мы должны благодарить г-на Пэкарда за то, что он способствовал стремлениям Patek Philippe создавать ультрасложные механизмы? Были и другие клиенты прежде, но никто из них, не был уровня сопоставимого с этими двумя джентльменами — и, надо сказать, слава небесам, что Patek Philippe принимал их заказы, благодаря чему стремительно выдвигался на высочайший уровень. Ты можешь либо принять вызов, либо отказаться, но если ты не берешься за сложные задачи, очевидно, ничего и не получится.

В один прекрасный день, нам предложили эти часы — модель, которая никогда нигде не описывалась и не появлялась в профессиональной литературе прежде. Книги Patek Philippe предлагают довольно исчерпывающую информацию и иллюстрации самых сложных часов, которые когда-либо производились брендом, но эти часы там не представлены. В 1900 году, когда эти часы были изготовлены, нигде не было публикаций об этом, они не были представлены ни на одном из аукционов — никакой информации, изображений и каких-либо следов. Единственное упоминание (недоступное широкой публике), находится в архивах Patek Philippe, где хранятся книги мастерской, в которых перечислены все изделия бренда.

The Stephen S. Palmer Patek Philippe Grand Complication, No. 97912
The Stephen S. Palmer Patek Philippe Grand Complication, No. 97912

Что касается истории этих часов, то они были сделаны в конце девятнадцатого века и проданы в октябре 1900 года господину Стивену Палмеру. У нас есть оригинальный счет, который уже является редчайшим документом сам по себе. Он гласит, что господин Палмер был в Женеве в октябре 1900 года, остановился в отеле Beau Rivage, и приобрел не только эти часы, которые досканально описаны в документе, но и другие два экземпляра. Люди, приобретающие три подобных экземпляра, вряд ли являются кем-то, кто просто ищет часы, чтобы определять время. Такие покупки, как правило, не первые в их жизни — нам известно, что он отдал одни сложные часы, как часть оплаты новых покупок, что говорит о том что, у него уже были часы Patek Philippe прежде.

Это приводит нас к предположению, что этот человек искал что-то большее, чем просто часы. Тот факт, что эти часы обладали его монограммой SSP — что подтверждено в документе — очередное свидетельство тому, что его поход в магазин навряд ли сопровождался фразой «Здравствуйте, я бы хотел прикупить какие-нибудь хорошие часы». Такая монограма не из тех, что может быть выполнена, пока вы обедаете в ресторанчике неподалеку. Такие заказы делаются предварительно, поэтому его идея покупки этих часов должна была быть чем-то подкеплена, а не просто желанием купить что-то — «О, часы замечательные! Беру!»

Монограмма SSM на задней крышке часов Stephen S. Palmer Patek Philippe Grand Complication, No. 97912
Монограмма SSM на задней крышке часов Stephen S. Palmer Patek Philippe Grand Complication, No. 97912

Но что наиболее важно, то это то, что дело происходило в 1900 году, и нам теперь доподлинно известно — это был самый сложный механизм Patek Philippe на тот момент. Титул самых сложных механизмов до настоящего времени носили часы произведенные для Грейвза и Паккарда в 1910-ых, 20-ых и 30-ых годах. Теперь же, мы внезапно обнаружили, что первопроходцем был г-н Палмер, о котором нет никаких упоминаний в литературе о высоком часовом искусстве. Так кем же был этот господин Палмер?

Господин Палмер был одним из ведущих бизнесменов конца 19-го и начала 20-ого века в Америке. Человек, чей статус сопоставим с Корнелиусом Вандербилтом. Человек, дела которого были всем необходимым для того чтобы нажить крупное состояние — я видел список того, чем он занимался и это был внушительный список бизнес-проектов, которые приносили стабильную прибыль в 1900 году; цинк, медь, сталь, банковское дело, страхование, строительство, железные дороги. Это были именно те сферы бизнеса, которые послужили толчком тому, что 20-ый век, называют Американским столетием. Самые большие состояния сколачивались здесь, в Америке, такими людьми, как Стивен Палмер.

Стивен Палмер и его семья, заняли место в истории Принстона, насколько мне известно, как крупнейшие семейные благотворители Принстонского университета. Город Палмертон назван в честь семьи Палмера. Это была весьма непростая семья, они занимали важное место в истории бизнеса Америки, а с открытия этих часов — еще и в истории высокого часового искусства. До тех пор были лишь минутные репетиры, бесконечные календари, хронографы, но ни одна модель часов, не совмещала все эти усложнения в себе одновременно. Это, на мой взгляд, был один из закладных камней в основании блестящей истории Patek Philippe в создании великолепных часов. Patek Philippe ничуть не утратил свои позиции сегодня, а эта история, возможно, была отправной точкой.

Настоящая сенсация, что после продажи часов Грейвза, которые побили ценовые рекорды часов Пеккарда, теперь обнаружены еще более уникальные часы и вся прилагающаяся к ним документация, которые будут тщательно исследованы и предложены на аукционе. Это — действительно самые захватывающие часы, которые появились на рынке в этом сезоне.

HT: Это событие, должно быть, открывает новые возможности в исследовании этих часов и новых открытий, которые последуют. Ожидаете ли Вы, что что-то подобное может произойти вновь, или это действительно выдающееся открытие в истории часового искусства?

ОБ: Разумеется, всегда есть надежда, что к нам прийдет один из внуков или правнуков Палмера, который скажет, «Я тоже получил уникальные часы от своего дедушки или прадеда». Мы не имеем представления, где находятся сейчас те часы, которые указаны в документе — они никогда не появлялись на мировом рынке. Мы проштудировали сорокалетнюю историю аукционных лотов, но ни одни из перечисленных часов там не указаны. Должно быть, они сейчас где-то, в чьей-то коллекции — часы которые могут открыть новую главу в истории, по истечении стольких лет. Следующая книга Patek Philippe просто обязана обзавестись целой главой о господине Палмере — вот, что мы называем переписью истории. Мы добавили совершенно новый факт к их истории, который не был известен даже самым образованным ученым.

Оригинальный сертификат и чек, датирующиеся 1900 годом.
Оригинальный сертификат и чек, датирующиеся 1900 годом.

HT: Вы уже получили обратную связь от Patek Philippe относительно этой находки? 

ОБ: Мы еще официально не сообщали господину Стерну и компании Patek Philippe, так как еще нет никакого пресс-релиза об этом событии. Это по-настоящему сенсационная новость! Мы, разумеется, свяжемся с  Patek Philippe, и конечно же предоставим им это удовольствие — сделать для себя удивительное открытие и изучить эти часы.

HT: Предварительные оценки этой модели находятся в диапазоне US$1,000,000-1,500,000. Как Вы полагаете, как будет выглядеть борьба за этот лот?

ОБ: Пока что слишком рано делать предположения, поскольку ни один потенциальный покупатель еще не ознакомился с этим лотом. Это совершенно новый лот — выставка еще даже не открылась, в каталогах он отсутствует, да и пресс-конференция по этому случаю еще не была проведена. Чего желаю лично я, — учитывая, что эти часы этого заслуживают —,  так это того, что самые искушенные коллекционеры с различных континентов по-настоящему влюбятся в эти часы, так же, как и наша команда специалистов, и что у них будет желание отчаянно бороться за эти часы. Я очень надеюсь, что они окажутся в руках настоящего ценителя, который с полной серьезностью отнесется к содержанию этого изделия.

HT: Сегодня заметно ощутим повышенный интерес к винтажным коллекционным часам. Вы замечаете эту тенденцию?

ОБ: Да, конечно. Прошлый год был самым сильным по продажам для нас — примерно 130 миллионов долларов, что в свою очередь мировой рекорд среди аукционных домов в сфере высокого часового искусства. И мы не связываем это с быстро развивающейся экономикой, потому что для достижения таких высоких результатов потребовалась какая-то особенная тяга людей к настоящему часовому искусству. Что же послужило источником такого повышенного интереса? Прежде всего, сама сфера часовой индустрии сейчас находится на подъеме. Это означает, что люди уже не относятся к часам, просто как к инструменту для определиния времени — теперь это больше произведение искусства, чем просто часы. Во-вторых, именно Европа и Америка в течение многих столетий были двумя континентами, проявляющими интерес к часам, но открытие новых рынков, таких как Китай, Индия, Юго-Восточная Азия, Бразилия, Ближний Восток и Россия, заметно увеличили спрос. Эти страны составляют в целом более чем 50% населения мира. Корме того, они, в отличие от Европы и Северной Америки, могут похвастаться невероятным экономическим ростом. Таким образом, появляется огромное число новых коллекционеров на часовом рынке.

Мне действительно нравятся современные модели часов, но я должна признать, что люблю еще больше старинные часы по одной простой причине. Они, как двухмерная живопись или трехмерная скульптура. Современные часы все-таки двухмерны, а старинные — обладают третьим измерением, так как имеют глубину времени и истории. История про господина Палмера — ярчайший тому пример. Часы хранят и рассказывают свою историю, как человеческое лицо с морщинками и складками рассказывает о жизни человека. Именно поэтому это безумно интересно. Лица младенцев всегда похожи, чего не скажешь о лице или руках 60, 70, 80-летнего человека, которые расскажут больше, чем слова. Это — абсолютно недостижимое для современных часов «третье измерение». Что и сказать, я не удивлена, что винтажные лоты пользуются огромным успехом в наши дни. Ощущая пульс этого рынка, я с уверенностью могу сказать, что он уверенно растет и еще не достиг своего пика.

Репортажные снимки: Valerie Jack. Изображения часов: Christie’s Images Ltd. 2013

Haute Time Magazine
Haute Time Magazine